За два месяца бюджетный разрыв составил почти 3,5 трлн рублей
Дефицит федерального бюджета по итогам января–февраля 2026 года превысил 3,45 трлн рублей, следует из предварительных данных Минфина (для сравнения: год назад за тот же период он находился на уровне 2,4 трлн). Таким образом, всего за два месяца бюджетный разрыв почти достиг показателя, запланированного тем же Минфином на весь год, – 3,78 трлн рублей. Это событие резко активизировало дискуссию о том, придется ли финансовым властям корректировать бюджетные параметры и как возможный рост дефицита скажется на долговом рынке. «ПН» обратился к экспертам и разобрался в вопросе.
Очевидно, что ключевым фактором ухудшения бюджетной динамики стало заметное снижение нефтегазовых доходов: до начала полномасштабной атаки США и Израиля на Иран углеводороды приносили России все меньше средств. При этом расходы продолжают расти, а ненефтегазовые поступления, по мнению экспертов, увеличиваются очень медленно. Главный экономист Института экономики роста им. П. А. Столыпина Борис Копейкин уверен, что именно сочетание этих факторов и сформировало нынешнюю ситуацию: «Основная причина заметного роста дефицита – недобор нефтегазовых доходов при одновременном умеренном росте расходов».
В краткосрочной перспективе положение может несколько улучшиться. Рост мировых цен на нефть способен поддержать нефтегазовые доходы бюджета, тогда как пик авансирования расходов, характерный для начала года, вероятно, уже пройден. Тем не менее финансовым властям, по всей видимости, предстоит искать баланс между более жестким контролем расходов и увеличением объема заимствований.
При этом возможности увеличения доходов за счет налоговой политики остаются ограниченными. Все эксперты в один голос говорят, что еще большее повышение налоговой нагрузки может негативно сказаться на экономической динамике. Поэтому более реалистичным направлением они называют повышение эффективности бюджетных расходов. Даже если дефицит и объем заимствований несколько увеличатся, значительных рисков для макроэкономической стабильности это не создаст: уровень государственного долга России по-прежнему остается низким по международным меркам.
Помесячная динамика дефицита традиционно мало показательна. Налоговые поступления в бюджет приходят с временным лагом, тогда как значительная часть расходов осуществляется в начале года. Это связано с авансированием государственных контрактов и программ. Главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах отмечает, что именно эта особенность бюджетного цикла часто формирует резкий рост дефицита в первые месяцы года. «Налоги поступают в бюджет с лагом – поэтому пока ограничен эффект от повышения НДС. При этом выросшие сейчас в ожидании новых поступлений расходы делаются более ровными в течение года», – говорит он.
Кроме того, часть решений по расходам проявит себя лишь во второй половине года. Например, снижение затрат на обслуживание долга и на субсидированные кредиты станет заметным только к июлю. По наблюдениям эксперта, в предыдущие годы пик бюджетного дефицита приходился на март–апрель, и нынешняя динамика может повторить этот сценарий. По оценкам «Эксперт РА», итоговый дефицит федерального бюджета по результатам 2026 года может составить около 4,5–5 трлн рублей, что выше текущих планов, но, как считают в агентстве, не критически.
Среди факторов, влияющих на бюджет, экономисты также выделяют изменения мировой энергетической конъюнктуры. Начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев отмечает, что энергетический рынок постепенно меняется: энергопереход и ценовые ограничения на российские энергоносители сокращают потенциал нефтегазовых доходов. «Мы видим, что глобальный энергопереход и потолок цен на российские энергоносители привели к тому, что нефтегазовые доходы бюджета уже не возвращаются к пиковым значениям прошлых лет», – отмечает он.
Дополнительное давление оказывают высокая инфляция и жесткая денежно-кредитная политика. С одной стороны, она замедляет экономический рост и ограничивает налоговую базу, с другой – повышает стоимость обслуживания государственного долга. По мнению господина Абелева, без корректировки бюджетных параметров по итогам года, вероятно, не обойдется. Один из наиболее вероятных сценариев – увеличение объема государственных заимствований.
Главный аналитик Инго Банка Петр Арронет обращает внимание на то, что нефтегазовые доходы бюджета за январь–февраль сократились на 47,1 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. «Вместе с ростом дефицита бюджета это может привести к расширению заимствований на внутреннем рынке», – предполагает он.
Увеличение количества выпусков облигаций по более высоким ставкам может оказать давление на цены ранее размещенных длинных бумаг с фиксированным купоном. Однако есть и факторы, которые способны смягчить ситуацию. По словам Петра Арронета, бюджетный импульс в этом году во многом сместился на начало года – именно поэтому значительные бюджетные вливания наблюдаются уже в январе–феврале. В дальнейшем темпы расходов могут оказаться заметно ниже.
Очевидно, что поддержку российскому бюджету может оказать рост нефтяных цен. Увеличение котировок Brent и сокращение дисконта российской нефти Urals на фоне роста спроса со стороны Индии, Китая и других азиатских стран способны принести бюджету дополнительные доходы и снизить потребность в заимствованиях.
И все же большинство экономистов сходятся во мнении, что корректировка параметров бюджета в течение года выглядит вероятной. «Пересмотр федерального бюджета на 2026 год был очевиден изначально в силу его нереалистичности: Минэкономразвития и Минфин заложили в него в качестве инфляции цель Банка России на 2026 год, которая была им пересмотрена уже в ходе рассмотрения бюджета», – говорит зампред комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин.
